Поздравляю вас, братья и сестры с праздником Святаго Духа. После праздника Пятидесятницы, в которой собрались ученики Христовы в ожидании обетования Господнего, в этот день совершилось сошествие Святаго Духа, и церковь сугубым образом празднует еще и сегодняшний день, именно само третье лицо Святой Троицы. Кто же Он, Дух Божий, Дух Святый? Тот, который от Отца исходит, и в Сыне почивает. И по Вознесении Сына на Небо, посылаем теперь Им к нам, на землю, дабы совершать домостроительство церкви. И дело спасения людей в Его, Христовой церкви, совершает ныне Дух Святый.

Обрати внимание, говорит святой Григорий Богослов: рождается Христос, Дух об этом предвозвещает. Крещается Христос, Дух в виде голубя об этом свидетельствует. Совершает силы Христос, разные чудеса, каковые явил на земле, Дух сопутствует Ему. Возносится Христос, Дух приемствует. То есть приемлет от Него теперь дело дальнейшего последования ли, участия в апостолах, в учениках, во всех остальных, которые оставлены на земле, но не сиротами, как сказал Господь, а в содействии, в участии Духа Утешителя. И поэтому приемствуя у Христа то, что Он совершил на земле, Дух Святый далее совершает и, собирая церковь, в церкви каждого из нас с вами обретает Небесному Царству. «Чего великого и возможного единому Богу, не может совершать Дух, нет такого. И из имен Божиих, какими не именуется Он, кроме не рожденности, и рождения», какими не минуется Он.

И далее, святой Григорий Богослов перечисляет, взяв из Священного Писания имена Духа Святаго. И они поражают нас. «Прихожу в трепет, - говорит он, когда предстваляю в уме богатство наименований Духа Святаго. Он именуется – Дух Божий, Дух Христов, Ум Христов, Дух Господень, Сам Господь, Дух Сыноположения, Истины, Свободы». Каждое из этих именований Святой Григорий берет из разных мест Священного писания, по преимуществу из Евангелия и из посланий апостольских. Дух Истины, Свободы, Дух премудрости, разума, совета, крепости, ведения, дух благочестия, дух Страха Божия. То есть мы из этих наименований, которые еще не до конца перечислены, видим, что даже само благочестие и страх Божий, не есть собственно человеческое деяние, не есть человеческое свойство, не есть нами совершаемое в себе некое расположение. Но то от Духа Святаго совершается и происходит в человеке. «Он есть Дух благой, правый, владычный. Он есть перст Божий, Огнь как Бог. И думаю в означении единосущия, Он есть Дух сотворивый, воссозидающий в крещении, и в воскресении». Воссозидающий в крещении и в воскресении.

Участие Бога в нас совершается особо, Христа именно в таинство причастия. Но и само причастие мы в смерть и воскресение Господне совершаем. И как в самом вознесении и воскресении Господнем присутствовал Дух Святый, так и в таинстве причастия с нами присутствует Дух Святый. Поэтому воссозидающий в крещении, в первом таинстве, и далее в воскресении, Дух, который все ведает, всему учит, дышит, «иде же хощет и сколько хощет». Поэтому не даром подвижники, достигая каких-то различных высот в трудах своих, участия в них Духа Святаго, однако не могли определить меру и время этого участия. Дух приходил, когда хотел, уходил, когда хотел, и сам подвижник, только ему оставалось одно: взывать и просить, чтобы он дольше оставался с ним. А затем, видя и слыша, что отходит Дух, каяться, плакать, и этим плачем вновь привлекать Его к себе.

«Дух наставляющий, глаголющий, посылающий, дух отделяющий, прогневляемый, податель откоровений, просвящений, лучше сказать, самый свет и жизнь. Он разделяет во огненных языках, и разделяет дарования. Он разделяется во огненных языках, и разделяет дарования, творит апостолов, пророков, благовестников, пастырей, учителей». Творит, то есть в деяниях и действованиях, ну и в самой жизни всех перечисленных подвижников Божиих, или же служителей церкви Христовой, действует Сам Дух Святый. Приведший еще множество указаний священного писания на Божественные свойства и действия Святаго Духа, святой Григорий заключает: «Указании сии весьма многочисленны, и многозначащи. А если в писании и встречаются какие-либо унизительные для Духа Святаго речения, например, дается, не Сам дает. Посылается, не Сам приходит, делится, дарования, дар, дуновения, обетования, ходатайство, и другие, сим подобные, то надобно возводить их к первой причине, чтобы видеть, от кого Дух. И не принимать трех начал, подобно многобожникам. Ибо равно нечестиво и соединять с Савелием, и разделять с Арием. Соединять относительно к лицу, разделять относительно к естеству. Едино Божество, и едина сила Отца и Сына и Святаго Духа».

Вот участием в нас Духа Божьего мы и призваны в церковную жизнь. Участием Духа Божьего располагается человек ко всякому действованию в церкви, и в церковной жизни. Участием Святаго Духа подается Сам образ добродетелей. Естественные добродетели и естество человеческое участием Святаго Духа очищается от всякой скверны, страстей, и от всякого нечестивого основания, из которого может человек совершать сегодня свою жизнь. Таковым нечестивым основанием является основание людей мира сего: это самоутверждение, это самореализация. Это жизнь в ценностях мира сего, созидая при этом эти ценности своим человеческим деянием и действованием, ради того, чтобы в них и ими осуществлять свою земную жизнь. А за всем этим скрывается в человеке гордость, самолюбие, самоугодие, и всякое возношение собственных действований и собственных деяний.

Поэтому, когда мы с вами сегодня, вступая в жизнь, еще и еще раз в жизни церковной хотим сохраниться в ней, и не уподобиться таковым, которые на какой-то момент воспримут благословение церкви, а живут и как приявшие семя при дороге, потеряют его, ибо налетят птицы, и склюют. И не сделаться таковыми, которые, как имеющие камень в основе своей, на поверхности сверх камня в почве семя приимут, даже семя взойдет в некоторую церковную жизнь, но наступят различные искушения, скорби, и тем более гонения, и потеряет человек Христа, побежит спасать свою земную жизнь. И ради земных ценностей обратится вновь против и от Бога, дабы остаться при себе самом, при своей земной жизни, и своих удовольствиях земных. Дабы тем более не сделаться таковыми, которые, вроде бы и в обилии, и много, и хорошо живут в церковной жизни, совершая при этом труды по созиданию своей семьи, и даже Отечества. Однако постепенно настолько увлекаются этим устроением собственных семейных дел, и особенно различных дел по обеспечению семьи, собственных дел в Отечестве, и особенно дел по обеспечению Отечества всяким разным материальным и вещественным благосостоянием, что в итоге, как утопшие в тернии, потеряют, или постепенно угаснут в своих ревностных движениях к Богу. То есть угаснут или потеряют участие Духа Святаго.

Иоанн Лествичник говорит: «одни суть други Христа, другие суть истинные рабы, иные же рабы непотребные, а иные совсем чужды Его. И другие, наконец, хотя и немощны, однако противятся Ему». И объясняет: «истинные рабы Его все те, которые не леностно и не ослабно исполняют волю Его, то есть Христа. А непотребные, те, которые, хотя и удостоились крещения, но обетов, данных при оном, не сохранили как должно. Противники же Богу, суть те, кои не только повеления Господни сами не приняли и отвергли, но и сильно вооружаются против исполняющих оное». А крещеных же людях Иоанн Лествичник говорит еще в одном месте: тех, которые вроде бы и крещены, однако, обетов крещения не сохранили, как должно. А в другом месте и говорит, что не всякий, кто крестился, спасется.

Как же нам тогда с вами совершить дело своего спасения, дело Духа Святаго, который пришел на землю, будучи послан Христом от Отца, нашедший тех, которых Отец предуведе, предуставил их, призвал, и теперь в переходном времени нашем от призывающей благодати к содействующей, таинственно сопровождает нас, или пасет нас как пастырь. Иоанн Лествичник и говорит, что христианин есть тот, кто, сколько возможно человеку, подражает Христу словами, делами и помышлениями, право и не порочно веруя во Святую Троицу. Это деяние Святаго Духа сделать нас христианами. И Он это сделал.

Ну а дальше, дальше, говорит Иоанн Лествичник, должен наступить черед боголюбца, ибо боголюбец есть тот, кто пользуется всем естественным и безгрешным, и по силе своей старается делать добро. Казалось бы, что тут особенного, естественным пользоваться и делать это безгрешно, и стараться во всем делать и совершать добро. Ведь очень много людей сегодня всяких иных верований, религий, и национальностей именно так вроде бы, казалось бы, и живут. Более того, не верующие, да и мы с вами совсем недавно, в своем неверии, тоже в общем-то старались по естеству жить, и как-то добро совершать. И не мало сегодня людей, которые, приходя в храм, говорят священнику: «А я вроде бы грехов не имею, я не убиваю, не пью, не курю, каких-то таких ужасных преступлений нет за мною, и абортов нет, и дети у меня, и семья у меня, и на гражданском служении я в общем-то вполне почитаем и хорошо тружусь, и стараюсь быть честным и искренним. И все вроде бы хорошо делаю. «А каких грехах я должен сейчас каяться»-спрашивает он, первый раз придя на исповедь.

То есть почему же тогда преподобный поставляет следование естеству и пребывая и исполняя естество безгрешно, и делая добро, поставляет это во вторую ступень после христианина? Обрати внимание, что он называет эту степень - боголюбец. Вот в этом и секрет, в этом и тайна, в этом и отличие от тех, кто вроде бы как по естеству, и вроде бы добро совершают, и как бы для себя безгрешно это делают, однако не входят в число боголюбцев. Больше того, даже из неверующих и атеистов, но так живущих по своему самосознанию, даже и христианами-то не стали. Оказывается, боголюбец - это тот, который Бога любит. А как это, Кого это любить? Ведь Бог Отец, Сын, и Дух Святый, это тот, который полюбил Христа. Но ведь Христа без Духа Святаго невозможно открыть для себя. Потому немало народов на земле религиозны, но они же себе Христа не открыли в своем религиозном чувстве.

Кто же нам с вами, в нашем религиозном чувстве, которое может быть даже до нашего воцерковления моталось по разным другим богам, а теперь обратилось ко Христу. Кто же нам открыл Христа? Открыл нам Дух Святый, Тот, который свидетельствует Христа не только во время крещения, но и во всякое последующее время жизни человека на земле. И вот полюбить Христа, это в начале, потому что Дух Святый так открыл нам, и мы не подозревая, что это делает Дух Святый, полагая¸ что мы полюбили, мы воцерковились, и мы начали жить, молясь и постясь, с течением времени обнаруживаем и открываем, особенно в переходном периоде, когда сокрывается благодать в сердце нашем, и мы остаемся со своими собственными силами, мы видим, что Христос остается для нас Христом, а вот любовь к Нему оказывается бессильной. Мы не можем даже помолиться Ему, как мы молились, когда с нами что-то было. Была какая-то сила, а теперь ее нет. И мы не можем исполнить в должной мере тот пост, который мы держали, когда в призывающей благодати жили постом, то есть, отлагая не просто пищу, отлагая страсти, восставая и воюя против грехов. Теперь не можем, нет сил. Христос для нас есть, Евангелие Христово мы продолжаем читать, а временами вдруг обнаруживаем, что нету сил любить Христа, нету сил даже обращаться к Нему, даже исполнять какие-либо простые действия нашего общения и Ним.

И тогда человек, задумавшись, или услышав в церкви, или прочитав в книге, обнаруживает, что в нем куда-то сокрылась сила Святаго Духа. И оказывается, без Святаго Духа знать Христа, как Он есть, нельзя. Без Святаго Духа обращаться ко Христу как должно, невозможно, и без Святаго Духа приобщаться Христа, как Христос хочет с нами быть, тоже невозможно. И тогда начинает человек свои деяния и действования по отношению уже к Святому Духу, и появляется у него любовь не только ко Христу, но и к Духу Святому. В чем и как она проявляется, где и когда она обнаруживается? Что она не просто по сознанию, или по знанию человеческому, а реально, действительно, в живую происходит? А всякий раз, когда он, будучи уже на 7-ом году в церкви, на 15-ом, на 25-ом или на 30-ом году в церкви, совершив какой-либо грех, или пережив какое-либо страстное движение в душе своей, начинает об этом скорбеть и Христу плакать. Не сам в себе, что рождает уныние, но Христу плакать, что рождает скорбь и печаль по Богу, и в конечном итоге разверзается как покаяние. А далее как покаянный плач.

Оказывается, таковые действования души нашей, сами по себе произойти просто не могут. Оказывается, они происходят только участием Святаго Духа. И вот отношение и обращение со Святым Духом непременно рождает в человеке таковые чувствования. Без них даже и все знающие о церкви, все знающие, все богословие церкви, и даже преподающие его, но без этих сердечных движений скорби о своих грехах, различения, распознания своих грехов до печалования по Богу, и покаяния, а затем и плача, без этого нет боголюбца. Есть христианин, который право и непорочно верует во Святую Троицу, знает все учения церкви, но не боголюбец еще, то есть не имеет живых общений со Святым Духом, хотя таинственным образом со стороны Святаго Духа постоянно остается поддерживаем.

«В самом начале отречения от дел худых, без сомнения, с трудом, с понуждением, и горестью мы исполняем добродетели. Но приуспевши, перестаем ощущать в них скорбь, или ощущаем, но мало. А когда плотское мудрование наше будет побеждено и пленено усердием, когда совершаем их уже со всякой радостью и ревностью, с вожделением и Божественным пламенем. Все эти движения и действия, о которых говорит преподобный Иоанн, они совершены нами, в нас участием и дыханием Святаго Духа. И начало отречения, и труды потом, в переходном периоде с понуждением и горестью над исполнением все-таки добродетелей. И тем более, при содействии, уже в третьей степени содействующей благодати, в преуспевании и в утешениях, когда мы перестаем слышать скорбь, и ощущаем, ну если и ощущаем ее, но мало, и плотское мудрование оказывается, побеждено и пленено усердием, все это дыхание и действие Духа Святаго в нас.

И поэтому человек, полюбивший, как боголюбец, Святаго Духа, он обнаруживает это в себе, этою скорбью, печалью к Богу, ко Христу как раз о всяком факте совершишегося в нем греха. Раздразился _ скорбит Богу, обиделся, скорбит Богу, пожадничал, проявил скупость - скорбит Богу. Соврал, отступил, не исполнил правило, скорбит Богу. И эта скорбь живая, эта скорбь открывает, что он пребывает в действительно живом предании церкви. Он не просто знает Священное писание, творения Святых Отцов, но он вступил в область живого предания, ибо в живом предании действует в нем Дух Святый. И признаком этого действия живого и реального, являются его всякий раз сокрушение, покаяние, скорбь к Богу за малейшие соделанные грехи его.

«Благое основание, которое должно человеку положить в своей жизни, и в своих путях, оно трех составное,- говорит преподобный, -это незлобие, это пост, и целомудрие. Незлобие. Посмотрите, говорит он, на младенцев чувственных, у которых никогда ничего нет злобного, ничего нет льстивого, нет у них ни алчности неутолимой, ни ненасытного чрева, ни телесного разжения. Оно появляется уже в последствии, с возрастом. И может быть, по причине умножения пищи. Поэтому и младенцы во Христе, каковыми мы с вами чаще являемся, да начинают с этих добродетелей: незлобия, поста и целомудрия. Незлобие-это нет раздражения, нету досады, это убегать от всякого надмения, насмехательства, смехотворства, это избегать всяких пересудов, сплетен, в этом незлобие.

Пост - это бегать от всяких предметов страстей, не только чревной, потому что от чревной бегают и вегетарианцы, бегают и лечащиеся голоданием, и множество других людей, вообще не имеющих никакого отношения к церкви и ко Христу. Но пост есть избегание предметов, побуждающих любые другие страсти. Тем более таких предметов, как зрелище, которые могут буквально в десяти или трех минутном представлении на экране, задеть все восемь страстей человеческих. Возбудить, разгневить, раззадорить человека, ввести вообще в страстный огнь, и опалить этим огнем все добрые начатки, с которыми он только что вроде бы был, только что, помолясь, или же сходив в храм, пребывал, а теперь уселся перед телевизором, посидел 10-15 минут, и все это опаганил, опорочил, потерял. И вместо этого пробудилось в нем, воцарилась, воспламенилась в нем, какая только страсть не обнаружилась. Все 8 живут, и торжествуют.

Это избегание всяких сетей, то есть ценностей мира сего, это воздержание в своей жизни, результатом которого является жизнь простая. Уютная, но очень простая. Как в доме, так и в одеждах, так и в еде, как в обращениях с домашними, так и во обращениях со всеми за пределами своего дома, сослуживцами на улице. Везде простота, отложение манерности и всяких чопорных, или иных каких-либо проявлений тщеславия¸ гордости человеческого, бегание всего этого. Это тоже пост. Скромность, искренность, честность, правдивость - это следствие, результаты поста, или это и есть, собственно сам пост. Пребывающий в таковом порядке жизни, и есть человек постящийся, то есть не задеваемый предметами страстей, и потому не возгревающийся в своих страстях, но твердо держащийся всех этих добрых, простых узаконений, которые положены в его душе самим Богом.

Если ты хочешь исполнить и совершить свое естество как боголюбец, а значит, совершая все добро со участием Святаго Духа, тогда, говорит святой преподобный Иоанн Лествичник, все доброе, что только можете делать, делайте, никого не укоряйте, не окрадывайте, никому не лгите, ни перед кем не возноситесь, ни к кому не имейте ненависти, не оставляйте церковных собраний. К нуждающимся будьте милосерды, никого не соблазняйте, не касайтесь чужой части. Если так будете поступать, то не далеко будете от Царствия Небесного. Человек, рождаясь на земле, живет и совершает свою жизнь в семье, живет и совершает жизнь свою в своем родном Отечестве, и поэтому по естеству своему, которое освобождается от страстей, и греха, любит свою семью, и любит свое Отечество. Но тогда он семью свою созидает, но тогда и Отечество созидает. Созидает, значит в нем, в семье и в Отечестве созидает многоразличные связи, каковые есть добродетельные устроители семьи и Отечества. Об этом мы вчера говорили. Охраняет и семью и Отечество.

И самое главное, пребывает сам и со всею своею семьею, и со всем своим Отечеством, в обращениях со Святым Духом. Освящает свою семью, привлекает, зовет, вводит ее в свет Господень, в общение и обращение со Святым Духом, где с Ним, со Святым Духом совершатся в семье очищение, и освящение и просвещение. И все Духом Божиим.

Кто же тогда есть созидатель семьи и созидатель Отечества? Хранитель, и любящий, и святитель? А каждый член семьи. Конечно, глава семьи – отец, муж, глава Отечества. Но и каждый член семьи, и жена, и дети, все участники всех четырех действий – освящения, любви к семье, хранение ее и созидание ее. Освящение отечества, любви к нему, хранения его, и созидания его. И если это не будет действием каждого члена семьи и Отечества, то тогда не будет данная семья вполне свята, не будет она вполне исполнена добродетелей, естесвенных, которые после грехопадения Адама, изгнания из рая первой семьи, естество человеческое испорчено гордостью, самолюбием. И вместо того, чтобы жить едино, люди в этом повреждении своем начинают жить особно. Вместо того, чтобы созидать, начинают, осуществляя свои интересы, разделять. Вместо того, чтобы охранять свое Отечество и свою семью, обиженные или же раздосадованные в своей семье, или же в своем Отечестве, начинают разносить молву худую о своем Отечестве, или о своей семье. Роняют честь семьи и Отечества.

Вместо того, чтобы любить, любят самих себя. Вместо того, чтобы любить семью и Отечество, любят самих себя, и тогда вся жизнь постепенно становится жизнью мире сего, жизнью, в которой собраны люди, радеющие о своем собственном первенстве, о своем собственном успешном жительстве на земле, и ради этого тогда начинают совершаться все жизненные действования людей, начиная с самого детства. Учатся ли ребенок в школе, затем в институте, научается и обретается в разных мнениях, навыках, в разных кружках, секциях, сам по жизни много читает и обретает, и берет. Фактически развивается во всех своих отправлениях, кроме нравственных. Потому что нравственные отправления, развиваясь, ведут его к общности, к единению, и к любви к тому, что едино. А там, где он развивает свои внешние, прикладные, физические, интеллектуальные дарования, ради своей успешности в земной жизни, там его учеба и его диплом, и его дальнейшее вообще движение по жизни, место, которое он занимает в обществе, высокое или среднее, принятость ли в обществе, и окружающих людях, все это становится ради успешности личной, собственной.

Ну вот мы видим немало людей, которые, казалось бы, вот так вот живут, для своей собственной успешности. И при этом действительно достаточно успешны и богаты, и у них есть семья, свои дети. Вот они с семьею и детьми едут на курорты, едут в различные уголки всего земного шара, возможности позволяют, они радостно проводят время вместе, своею семьею. Счастливые дети, счастливые взрослые, счастливая семья. Может быть это и есть тот самый образец, о котором говорит преподобный Иоанн, называя таких людей тоже боголюбцами? Так вот ведь какая разница: если боголюбец от того, что Дух Святый касается сердца всей семьи, то он непременно открывает и цель жизни. Ибо целью жизни боголюбца является не земная успешность, и не устроение земных счастливых обстоятельств и удовольствий. Целью жизни боголюбца становится тогда Царство за гробом, Небесное.

Как можно человеку, который живет здесь, на земле, и имеет плотские очи, и плотской разум, и плотское мудрование, как можно ему знать о каком-то царстве за пределами смерти, за гробом? Ведь это же не открыто нам с вами. Да, не можно. И поэтому человек, который знает только жизнь до смерти, до гроба, он и не имеет никаких устремлений к загробной жизни. И загробная жизнь, и тем более Царство, неведомое для него, не может стать для него направителем его жизни земной. Он и не живет ради этого Царства Небесного. И поэтому радость и счастье, которое дастся в Царстве Небесном, он полностью исполняет и совершает здесь, в земных условиях, и в земном своем достоянии.

Кто же тогда откроет человеку то, что мы по человечески, пребывая в кожаных ризах не можем открыть, или узнать? Открыть это может нам только Дух Истины, Святой Дух. А Он и открывает. И поэтому если еще христианин, на степени христианина еще не вполне знает о Царстве Небесном, хотя уже и читает, и изучает вроде бы в учениях церкви, но внутренне и опытно еще об этом он не знает. То уже на стадии боголюбца он не может не знать. Не просто в знаниях школьных богословских, даже академических, а во внутреннем своем опыте боголюбец знает о Царстве Небесном. Но знает Его как Царство Божие внутрь него, и которое ведет и открывает ему Царство Небесное на Небе, но которое больше пока для боголюбца умопредставимо.

Но в опыте Царство Божьего внутрь - открыто уже. Отсюда его скорбь, когда он согрешает, к Богу скорбь. Отсюда его покаяние, в котором он живет, когда он вдруг погружается в страсти, или же обнаруживает себя в страстях. И тогда строй жизни боголюбцев оказывается вовсе не в том, чтобы счастливо с семьею провести отпуск на каких-нибудь пражских пляжах, в каких-нибудь африканских, или же австралийских удовольствиях, и солнечных радостях. Жизнь для Царствия Небесного становится реально жизнью человека.

И тогда для нас ничего удивительного не будет, если мы, читая о Руси 14-15 века, вдруг видим описание таких картин, когда Великим постом пишет один посол из одной страны, потом другой посланник из другой страны, побывавший в России в это время. Пишет, что был поражен видом всей семьи, стоящей в храме. И русские стоят от начала поста до конца его, до самой страстной седмицы. и до Пасхи. Каждодневно, лишь с некоторым исключением, и то в связи с хозяйством, или какими-то неожиданностями, или болезнями. А так стоят все дни в посту, поста. Стоят не просто взрослые, стоят и дети. И не просто подростки и дети старше семи, но стоят и малыши. И не просто стоят, или бегают по храму, или же забегут и выскочат из храма. Нет, говорит, стоят вместе с родителями, и совершают все поклоны, каковые делают сами родители. И один из них даже, попытавшись посчитать число поклонов поясных и земных, насчитал их около тысячи за одну службу, за одни сутки вечернего и утреннего богослужения. И все это делается в составе всей семьи.

Вот два образа счастливого проведения времени. На Галопогосских островах, под солнцем и в море всей семьей, и Великим постом в храме. Не 15 дней отпуска, и не 24 дня, а все 40 плюс 7 страстной. Кем, как, откуда явлена эта разница? Явлена Святым Духом. Дух Святый, Его участие, и отклик людей навстречу Ему, делает жизнь семьи таковой. Но тогда это семья, которая целью своею имеет не успешную жизнь на земле, и не успешность своего положения в земных обстояниях. А целью такой семьи является то, что открывает им Дух Святый. Это Царство Небесное, которое за гробом. И чем более и далее человек так живет в дыханиях Святаго Духа, своей православной церкви, тем более явственным становится Царство Небесно для него, и тем более конкретно руководит оно им и делает всю жизнь таковою.

Вот и апостол Павел сегодня, в день праздника Святаго Духа говорит «братья, яко чада Света, так ходите. Плод бо духовный есть во всякой благостыни и правде и истине. Искушающе,-то есть испытующе, - что есть благоугодное Богови». И не приобщайтесь к делам неплодным тьмы. Делам тьмы, в которых нету духовных плодов в виде благостыни, правды и истины. «Паче же и обличайте бываемое бо». А Евангелие прямо и разворачивает, как это делать. Видишь брат согрешает, пойти скажи, продолжает согрешать, скажи при свидетелях, продолжает согрешать, скажи всей церкви. Если послушает тебя, то обрел ты брата своего. Так разворачивает Евангелие это маленькое слово апостолы. Паче же и обличайте. «Бываемое бо от тай, -от них,- срамно есть и глаголати. Вся же обличаемое от света является».

Вот здесь вот как обличать. «Братья, будьте чада света, так ходите, говорит апостол. И дальше, «все обличаемое от света является». Но если ты обличаешь от света, то есть от Духа Святаго, с участием Его с тобою, будешь ли ты в обличении яриться, злиться, досадовать, иронизировать, смеяться, надмеваться, разносить сплетни и ссоры, пересуды по поводу обличаемого человека? Поэтому не всякое обличение есть собственно обличение боголюбца. Помните, что боголюбец – это тот, который имеет с собою участие Духа Святаго, потому что он сам Его уже хочет, и с Ним пребывает. И поэтому вся же обличаемое от света является. Все бо являемое, свет есть». Потому что, обличая худое, в свете ты непременно обращен к тому, что есть свет в том, кого ты обличаешь. А если ты не обращен к свету в том, кого ты обличаешь, тогда закрой рот и не делай ничего. А лучше молись Богу.

Ибо твое обличение не ради света в том, кого ты обличаешь, а ради, казалось бы, уничтожения в нем худого, но на самом деле вместе с худым ты уничтожаешь и его самого. И очень скоро и быстро и обнаружишь последствия такого своего обличения. Тот, кого ты обличаешь, он на тебя обидится, еще и разозлится, еще и раздосадуется, еще и возненавидит, еще и будет мстителем за такие обличения. Когда ты видишь свет в другом, ради этого света, ограждая его от всего худого, тогда это худое обличай в нем. Не его, собственно самого, потому что он сам в твоем ведении уже свет.

«Сего ради глаголет- восстань и спяй, и воскресни от мертвых». Адаму было сказано: вкусишь, то есть преступишь заповедь Божию, смертью умрешь, то есть впадешь в грех. Поэтому об этой мертвенности и речь. «Воскресни от мертвых, и освятит тя Христос. Глядите убо, како опасно ходите, не яко же не мудрии, но яко же премудрии ходите». Мудрый, это от себя, а премудрый – это от Святаго Духа. «Искупающе время, - то есть испытующе, - яко дни лукавы суть». Это особенно относится к нашему сегодня, времени. Сего ради не бывайте несмысленны, но разумевающе, что есть воля Божия». Так в день Святаго Духа церковь зовет нас к чистой, целомудренной, то есть собранной в чистоту, и во все естественные добродетели, жизнь. Так и пойдем. Аминь.

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить