Здравствуйте! Подскажите пожалуйста, мы крестили дочку и выбрали, чтобы было двое крестных. На вопрос кто крестный, мы сказали что у нас двое, то есть в свидетельстве написать двоих. В ответ сказали: зачем, у вас девочка, запишем только крестную. В итоге на крещении крестный наш присутствовал, но в самом таинстве участвовала только крестная. Последнее слово было за нами, как мы решили, но написали все равно только крестную. Можно ли дописать крестного или нет? Как поступить?


Думаю, что здесь также, как с кровными и некровными. Говорят в народе: не тот отец, мать, кто родил, но тот, кто воспитал. И дети, став взрослыми говорят: у меня был отчим, но он заменил мне отца. И приемные родители усыновляют детей, взятых от других. А в некоторых народностях есть обычай рожать ребёнка, чтобы отдать его в сыновья или дочери в семью своих родственников. Вырастая, дети имеют своими родителями тех, кому их отдали. Очевидно, что суть отношений приёмных детей и родителей не в записях – записали их или не записали. И даже не в печатях, подкрепили или не подкрепили. В наследственных делах и правах на ребенка запись имеет своё значение. Но должно ли это влиять на отношения между ними? Так и с крещением. Наличие крёстных – это одно из условий таинства. Обязательно оно, когда крестят детей и младенцев. Желательно, когда крестят подростков. Молодёжь, взрослые и старые люди могут креститься без крестных. В моей практике бывало, что первые крестные не несли своих обязанностей. Кровных родителей это сильно беспокоило, тогда приходилось благословлять наречённых крёстных. Они очень много делали для своего крестника и с ним. Так обстоит дело в наше время.

В древнее время людей крестили за один раз сотнями и тысячами. «Итак, охотно принявшие слово его (ап. Петра) крестились и присоединилось в тот день душ около трёх тысяч» (Деян. 2, 41). «И многие из коринфян, слушая (ап. Павла), уверовали и крестились» (18, 8). Подобное крещение было и на Руси во времена князя Владимира. С той только разницей, что не было апостолов, не было их слова и некого было слушать, чтобы уверовать. Крестились из верности князю. После этого потребовалось 300 лет монголо-татарского ига, чтобы в народе выпестовать веру. Вместо крестных само Небо наставляло в вере в условиях обстоятельств, несущих смерть всем и вся. Потом наступила эпоха учеников прп. Сергия Радонежского и ещё немалого числа подвижников, вокруг которых формировались монастыри – главные наставники в вере. И в это время стал складываться институт крёстных родителей. Для того, чтобы в вере укреплять с самого детства. И помимо родственных кровных отношений появились отношения духовные, в которых крестные почитались столь высоко, что без них не решались важные жизненные вопросы у их крестников. Кровные родители советовались и спрашивали согласия у духовных родителей. Последних же было столько, сколько и кровных, то есть два родителя. Институт кумовства одно время был выше института института кровного родительства. Потому что те и другие равно радели о небесной участи детей после смерти. Потому что обетам крещения – их два – придавали первейшее значение. «Четыре двора, а в каждом дворе кум да кума». «Кому до чего, куме до всего». «Куму надо угощать во всякое время, когда не придет». «Добрая кума прибавит ума». Кумовство – духовная родня. Кумить – сводить вместе в восприемники, роднить духовно. Так говорили в народе.

Крестные – кум и кума, восприняв младенца из купели, много лет затем отвечают за то, как будет их крестник исполнять два обета крещения. Важнейший из них – обет отречения от сатаны, от дел его и служений его. Это обет исхождения из мира грехов и страстей и всего, что есть греховного в мире. Обет этот начинает исполняться с крещения. Крестные должны научить, наставить проходить жизненный путь, избегая греха и греховных обычаев мира; трудиться над тем, чтобы преодолевать в себе греховные наклонности, уметь стоять в добре и отличать от него грех, держаться Евангелия, а по нему держаться благочестия в жизни. Потому что второй обет – это сочетаться Христу и Его Церкви, т.е. посвятить свою жизнь евангельским заповедям, жить в Церкви и церковно, где бы ни находился, чтобы в итоге посвятить себя Христу и Царству Его. Последний раз обеты крещения – отречения от мира сего и посвящения себя Царству Небесному человек совершает уже на смертном одре в своём последнем вздохе. Начало и задел для такого прохождения жизненного пути и задают крестные родители вместе с кровными.

Счастливы, конечно, те дети, у которых такие кровные родители и они нашли для них таких крестных родителей. Правда, в наше время я тех и других не встречал. Более того, сегодня и крестят и крестятся совсем не для выполнения обетов крещения. Для чего же? Пойди, спроси. Для большинства крещаемых это пустое крещение. Без обретения силы к церковной жизни. Поэтому покрестились, а сил, жить в Церкви, нет. Даже на причастие после крещения нет сил прийти. Те же, кто пришли и затем стали осваивать церковную жизнь, постоянно встречаются с бессилием. Нет сил утреннее и вечернее правило читать, нет сил ходить на службы, стоять на службах. У кого-то давно уже кончились силы Евангелие читать. А уж жить по Евангелию у многих сил никогда и не было. Для чего же крестятся? И крестные для чего? В ответ – Нам что – это надо знать? Да надо бы. Может кому и надо…, а нам зачем? Если будет желание, прочитайте еще и ответ на вопрос №12915 – «Почему, чем человек лучше…».

Мир вам. Протоиерей Анатолий Гармаев

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить